С 29 апреля по 5 мая в Барнауле пройдёт этап Детского кубка России по шахматам (возраст до 15 лет). Около шестисот участников из двух десятков регионов сядут за шахматные доски на огромной площадке «Титов-Арены». Места там хватит и для участников, и для их родителей, и для обычных болельщиков. Помимо соревнований запланирован ряд мероприятий: судейский семинар, мастер-классы для тренеров и две лекции спортивного психолога Анны Кузнецовой для родителей юных спортсменов.
В 2025 году это не первый турнир федерального уровня, организованный при участии краевой шахматной федерации. Её руководитель и член Наблюдательного совета Федерации шахмат России Артём Поломошнов рассказал специальному корреспонденту «Российской газеты» Сергею Зюзину о том, какую пользу краю приносят подобные форумы и о развитии древней игры в сегодняшних реалиях.
– Артём Анатольевич, в марте в Барнауле прошли сразу три крупных детских турнира («Белая ладья», «Шахматное поле» и «Дебют»), какую пищу для размышлений дали эти старты?
– В Барнаул приехали сильнейшие – финалисты отборочных соревнований, проходивших в крае. Смущает другое. У нас в 63 муниципалитетах работает проект «Шахматы в школах», однако не все из них участвовали в отборе, и здесь есть тема для размышлений. Региональный Минобрнауки поддерживает наш проект, но почему тогда в отборочных соревнованиях приняли участие чуть больше 30 муниципалитетов? Будем разбираться, что реально происходит с проектом в конкретных учебных заведениях.
– Практика «мёртвых душ»?
– И такое есть. В соглашении со школами записано, что мы имеем право забрать шахматный инвентарь и передать тем, кто действительно развивает проект. Однако этот механизм не действует. Я склоняюсь к тому, что работать на местах надо только через шахматные клубы – они создают вокруг себя движение. Как возникают такие клубы? Мы подписываем соглашение с главами муниципальных образований. Район предоставляет помещение, столы, стулья и ставку, мы даём инвентарь. И всё это работает.
– Детей талантливых хватает. А есть ли в крае специальная программа по подготовке тренерских кадров?
– Ситуация сложная. Программы подготовки пока нет. Но у нас есть молодые шахматисты, выросшие под крышей нашей федерации, они поступили учиться в местные вузы, там появились хорошие студенческие команды. В политехе есть хорошая команда, в классическом университете уже четыре десятка человек занимаются шахматами. Аграрный университет выиграл в прошлом году грант на три миллиона рублей и провёл первенство Сибири среди вузов: в Барнаул приехали сборные из семи регионов, выиграла этот турнир команда АлтГТУ. Мы начали получать из вузов приток свежих тренерских кадров. Вика Лоскутова начала преподавать, Саша Плотников, Толя Горовой, Миша Петров. Это хорошие шахматисты, хотя у них нет специального тренерского образования.
Мы договорились с новосибирским гроссмейстером Павлом Малетиным, возглавляющим региональную шахматную школу, о помощи в разработке для «Академии шахмат», работающей в Барнауле, пятилетней учебной программы.
– Болезнь юных шахматистов – зависимость от гаджетов при разборе игр и подготовке к ним. Это как-нибудь лечится?
– Мы обсуждали недавно эту тему с Максимом Герасимюком, преподающим в «Академии шахмат». Максим Викторович сетует на то, что дети мыслят «компьютерно» и перестали понимать глубину позиции. Нас в детстве учили по-другому – разбирать партии самому, с другом, с тренером. Нужна смена тренда – мыслить без помощи гаджетов. А они выходят из игрового зала и тут же в них утыкаются. При этом мозг отдыхает: компьютер всё показал и разжевал.
– Сейчас много дискуссий по поводу искусственного интеллекта. Как ИИ соотносится с древней великой игрой?
– Шахматы не могут развиваться изолированно, пока все пользуются алгоритмизированными программами, более-менее понятными человеку. Большое количество партий на высшем уровне уже не играется самостоятельно. Шахматисту нужна отличная память, чтобы воспроизвести варианты развития партии из домашней заготовки, которые за ночь просчитал компьютер. Но как мыслит движок на основе нейронной сети Google AlphaZero, обыгравший лучших шахматистов и все компьютерные программы, до конца никто не понимает. А он научился играть в шахматы всего за четыре часа, играя сам с собой. Ладно шахматы, есть древняя игра го, строящаяся по иным, неалгоритмизированным принципам. Однако ИИ разгромил и чемпиона мира по го...
Многие сегодня склоняются к «шахматам Фишера», в которых перед началом партии фигуры расставляются случайным образом. В них возможны 960 стартовых позиций и здесь никакие домашние компьютерные заготовки не помогут – остаётся игра в чистом виде. «Шахматы-960» активно продвигает Магнус Карлсен, однако ФИДЕ против. На мой взгляд, необходимо искать компромисс. Шахматам надо развиваться, чтобы уйти от «ничейной смерти», к которой ведёт использование алгоритмизированных программ.
– В конце марта в Барнауле прошло первенство России среди юниоров и юниорок. Как выглядели сибиряки и сибирячки?
– Неплохо выступил уроженец Кемерово Алексей Грачёв (четвёртое место). Сейчас он учится в одном из новосибирских вузов, занимается с ним Павел Малетин. Гриша Пономарёв из Кузбасса занял последнее место, но парень талантливый и, если будет заниматься всерьёз, ещё покажет себя. Барнаулец Владимир Юсупходжаев из всех участников по рейтингу был на последнем месте. Ему тяжело было играть на таком уровне. Тем не менее Володя выступил очень достойно, занял седьмое место, набрав 3,5 очка из девяти. Подтвердил, что не случайно в прошлом году стал победителем первенства Азии среди школьников.
У девушек сибирячки были менее успешны. Можно выделить лишь бронзового призёра Яну Жапову, у которой двойной зачёт (Забайкальский край и Новосибирская область). Крайне тяжело пришлось представительнице Алтайского края Полине Борисовой. Она сделала две ничьих и, набрав одно очко, заняла десятое место. По рейтингу Борисова была ниже всех – это первый подобный турнир для неё. И я, и её тренер Малетин надеемся, что подобное испытание сделает Полину только сильнее.
Ключевой вопрос
– ФИДЕ обнародовало свежий ТОП-30 сильнейших шахматистов. Среди них только один россиянин – Ян Непомнящий. О чём это говорит?
– О системных проблемах. Надо признать, что в развитии шахмат в нашей стране в определённый момент случился провал. Последним россиянином, боровшимся в финале за шахматную корону, был именно Ян Непомнящий. Мы пытаемся наверстать упущенное. Со спортивной точки зрения переход России в Азиатскую шахматную федерацию пошёл на пользу – здесь выше конкуренция. Очень сильно вырос уровень шахмат в Индии и Узбекистане, где очень плодотворно поработали наши именитые соотечественники (в частности, Владимир Крамник).
Пришло время меняться, нужно взять за основу советское наследие с его мощной государственной поддержкой. Многое уже работает. Проходят шахматные смены по подготовке тренеров в «Артеке» и «Океане» из молодых ребят, имеющих соответствующие задатки (наверное, нечто подобное надо открывать и на Алтае). Для талантливых детей проводятся сессии в «Сириусе». Стали работать шахматные интернаты и классы. Интересный пример подают кемеровчане, где функционирует частная школа с упором на шахматы.
Если системное развитие шахмат в России продолжится, очень скоро наши шахматисты и шахматистки, которые уверенно смотрятся в детских и юниорских первенствах Азии и мира, начнут борьбу за титулы чемпионатов мира.
Сергей ЗЮЗИН,
«Российская газета», 23.04.2025
